Отключение от аппаратов жизнеобеспечения: кто принимает решение

Вопрос об аппаратах жизнеобеспечения — один из самых мучительных, с которым может столкнуться семья. Когда близкий находится в реанимации в критическом состоянии, родных терзает и надежда, и страх, и тяжёлые вопросы о том, что происходит и кто принимает решения. Разберём эту тему максимально бережно и честно.

Главное, что важно понять и принять: в России решение о прекращении реанимационных мероприятий принимают только врачи на основании строгих медицинских и юридических критериев. Родственники не подписывают «согласие на отключение» и не несут за это решение ответственности.

Это, с одной стороны, снимает с близких невыносимый груз выбора. С другой — оставляет чувство бессилия. Поговорим о том и о другом.

В российской правовой системе эвтаназия запрещена, и «отключение по просьбе родственников» не практикуется. Решение о прекращении поддерживающих мероприятий принимают врачи, а не семья.

Реанимационные мероприятия прекращают в строго определённых законом случаях: - при констатации биологической смерти человека; - при диагностике смерти мозга — по специальной утверждённой процедуре с участием консилиума врачей; - при признании реанимации бесперспективной по медицинским критериям (например, при необратимых состояниях, когда мероприятия лишь продлевают процесс умирания).

Это медицинская и юридическая компетенция. Родственники не дают согласия на прекращение и не виноваты в смерти близкого.

Иногда сердце ещё работает с помощью аппаратов, но мозг человека уже необратимо погиб. Это состояние называется смертью мозга, и оно юридически приравнивается к смерти человека.

Диагностика смерти мозга в России проводится по строгой утверждённой Минздравом процедуре: - решение принимает консилиум врачей определённой квалификации; - проводится комплекс исследований, подтверждающих необратимое прекращение функций мозга; - процедура занимает время и исключает ошибку.

После подтверждения смерти мозга человек считается умершим, даже если аппараты поддерживают сердцебиение. Поддерживающие мероприятия в этом случае прекращают. Это тяжело принять, когда тело ещё «тёплое», но с точки зрения медицины и закона человек уже ушёл.

Хотя решение принимают врачи, у близких есть права:

• получать информацию о состоянии близкого от лечащего врача (с учётом врачебной тайны и согласия, оформленного пациентом ранее);
• просить разъяснений о том, что происходит и какие приняты решения;
• при сомнениях — обратиться к заведующему отделением или администрации больницы;
• позже — запросить выписку из истории болезни.

Вы вправе задавать вопросы и просить, чтобы вам спокойно объяснили ситуацию. Хорошие врачи понимают, как тяжело родным, и идут навстречу. Если чувствуете, что с вами не разговаривают, обратитесь к заведующему отделением.

После того как врачи констатируют смерть (в том числе смерть мозга) и прекращают поддерживающие мероприятия:

1. фиксируется время смерти, делается запись в истории болезни;
2. тело направляют в патологоанатомический морг больницы;
3. при определённых обстоятельствах проводится вскрытие;
4. оформляется медицинское свидетельство о смерти.

В отдельных случаях, при смерти мозга и согласии (по презумпции согласия), может рассматриваться вопрос донорства органов — это решают врачи, и при возражении семьи изъятие не проводится.

Дальнейший порядок — как при любой смерти в стационаре: гербовое свидетельство в ЗАГСе, выдача тела, организация прощания.

Даже понимая, что решение принимали врачи, близкие нередко мучаются вопросами «а вдруг можно было иначе», чувством вины, гневом. Это естественные, человеческие реакции, и в них нет вашей вины.

Что может помочь: - попросить врача спокойно объяснить, что произошло, — понимание иногда облегчает; - не винить себя — вы не принимали это решение и не могли изменить медицинскую реальность; - обратиться за психологической помощью — переживание такой утраты особенно тяжело; в Петербурге работают бесплатные службы.

Организацию прощания можно поручить ритуальной службе, чтобы освободить силы для проживания горя и поддержки близких. Вы были рядом до конца — это самое важное, что вы могли сделать.